00:08 13/08/2015

"Текстильную отрасль в России принесли в жертву"

Сергей Лукьянов. Председатель Совета директоров ГК Монолит|| Сергей Лукьянов. Председатель Совета директоров ГК Монолит

Председатель совета директоров группы компаний Монолит (в состав входят: ТК "Текстиль-Профи", складской комплекс "Октекс", гостиница Silky Way, гостиничный комплекс "Орловский" и др.) Сергей Лукьянов о своей компании, судьбе Октябрьской текстильной фабрики и текстильной отрасли в России в целом и о том, как начать свое дело.

Сергей Николаевич, расскажите о компании Монолит.

Компания Монолит работает 23 года, если говорить о вновь созданной организации. А вообще Монолит начал работу на базе компании Октекс (Октябрьский текстиль), которая существует с 1898г. Зданию, где мы сейчас сидим, 116 лет! В наше объединение входят 2 швейных фабрики («Курская швея» и Льговская швейная фабрика), 5 швейных цехов, 3 из них находятся в Октябрьском. Здесь мы шьем шторы по индивидуальному заказу, стегаем одеяла и подушки. В 30 городах России находятся представительства, склады и магазины. Также работаем на территории Белоруссии, Украины, Казахстана. Компания имеет два направления по текстилю. Во-первых, продажа ткани (хлопчатобумажной, костюмной, ткани для униформы, спецодежды, тюля, штор, портьерной, интерьерной ткани). И второй блок – все, что связано с производством домашнего текстиля. Прежде всего, это постельное белье, от дешевого до самого элитного, которое есть в стране: из сатина, жаккарда, с вышивками, аппликациями. Наше постельное белье (бренд Mona Liza) продается почти во всех серьезных торговых сетях. Мы производим около 5 млн изделий в год и являемся лидерами в этой отрасли в России. У нас большое производство, большая сбытовая сеть, большая группа дизайнеров работает над орнаментами, рисунками, внешним видом, упаковкой, чтобы придать товару достойный современный вид. Кроме того, у нас много лицензий, которые мы покупаем у других компаний: Disney, Winx, Me to You и т.д. – всего около 30 лицензий. У нас самый большой портфель лицензий по России. 

Мы осуществляем серьезный контроль качества продукции. Самая обычная, казалось бы, ткань, на которой мы спим, тестируется по 30 показателям. Ткань делается из хлопка, а хлопок имеет 5 типов, 5 качеств, 5 сортов, что дает 75 разновидностей хлопковолокна, из которого можно сделать ткань. Важно первичное сырье, важно оборудование, какими специалистами ткань делается, какие красители используются. Иногда мы стираем постельное белье, а оно линяет. А иногда не линяет. Иногда прослужит 10 лет, а иногда 2 сезона. Показателей очень много. На формальдегиды, на усадки, как воздействует пот на ткань, как воздействует сухое трение, мокрое трение – прямо целое лабораторное исследование. Мы постоянно тестируем наши ткани. 

Постельное белье, которое мы производим, поступает не только в торговые сети, но и известным людям страны. У нас покупали и Медведев, и Зюганов, и Жириновский, и министры, и замминистры. В Кремль мы отправляли несколько партий. Потому что наши лучшие образцы действительно соответствуют лучшим мировым стандартам. Но есть, конечно, и более экономичные варианты. 

Мы производим подушки и одеяла разного качества: из синтетических, искусственных и натуральных наполнителей. Наши подушки и одеяла достаточно популярны, и в этом году мы чувствуем даже прирост спроса на эту продукцию. Мы поддавливаем конкурентов в этом направлении. Причем тему подушек и одеял мы подняли 3-4 года назад, а сейчас уже одни из лидеров в этой отрасли. Нам самим удивительно, как несложно мы вошли на этот рынок.

Надо сказать, что домашний текстиль, который есть на рынке России, практически весь принадлежит российским компаниям. А если говорить об одежде, то 90-95% производимой одежды принадлежит иностранным компаниям. Это Турция, Китай, что-то возят из Европы, Индии, из Белоруссии даже возят. В России очень слабо поставлена одежная тема. Причина заключается в том, что в нашей стране на сегодняшний день практически не производят тканей летних для женщин и мужчин (зимние немного есть), почти не производят курточных, плащевых, тентовых, зонтичных тканей, тканей для спортивной одежды, для детской одежды ни для какого сезона (кроме пеленок и распашонок). Т.е. рынок потерян внутри России потому, что нет сырья для производства. Не из чего шить.

А почему нет сырья? Китай нас задавил?

Жители, которые работали на Октябрьской текстильной фабрике, наверное, помнят 90-е годы, когда система госплановая поменялась на систему «выживай как хочешь». Были разрушены все народно-хозяйственные связи. Раньше предприятия работали по простой системе госзаказа. По этой системе ты отгрузил заказ на центральные склады и получил за это деньги. И предприятия занимались только производством продукта. Они не занимались по большому счету снабжением и сбытом продукции. Они только принимали и отгружали. 

И вдруг им самим пришлось искать сырье, самим искать деньги, самим искать сбыт. Естественно, предприятия не были готовы к таким условиям. Все-таки это надо было растянуть на долгое-долгое время - на 10-15 лет! А у нас все сделали так: проснулся утром, а тебе говорят «Ты свободен!». Свободен? И что мне теперь с этим делать?

В общем, произошел коллапс текстильной отрасли. Советский Союз был лидером по производству текстиля, уступая только США. 32-33% национального бюджета формировалось за счет текстильной и легкой промышленности. Сейчас это заменено нефтью и газом. И когда Гайдар заявил, что нам не нужна текстильная и легкая промышленность, все, что надо, мы купим в Китае, он сделал, на мой взгляд, большую ошибку. Крупные мировые компании захватили российский рынок. Этим компаниям по 50-100 лет, у них большая история, огромный капитал, развитая сеть сбыта. Тягаться с ними невозможно и некому. Из российских компаний никто пока конкуренцию им составить не может. 

Например, можно прийти в магазин Louis Vuitton и увидеть платье за 8000 евро, в котором сырья на 30 долларов, а все остальное – добавленная стоимость компании, которая включает в себя расходы на рекламу, маркетинг и т.п. И Гайдар хотел все это заменить продажей нефтью и газа. Я как-то посчитал, что 2 чемодана платьев Louis Vuitton по такой цене заменят эшелон нефти. 

Мы потеряли отрасль. На сегодняшний день восстановлению она уже не подлежит. Только заново создавать, т.е. начинать с нуля.

Емкость текстильного рынка в России оценивается в 70-80 млрд долларов в год. Это в 2,5 раза больше, чем автомобильный рынок в России. И если в автомобильной промышленности у нас несколько крупных игроков (Тольяттинский автомобильный завод, ГАЗ в Н.Новгороде, и их поддерживает государство), то текстиль он мелкий, раздробленный. Огромное количество маленьких предприятий, которые и учесть никто не может, и собрать их никто не может, даже разобраться невозможно, кто что производит. Мы как-то считали и насчитали 77 тыс. компаний, занятых в легкой промышленности. 

И вот в 90-х годах Октябрьская фабрика потеряла все договоры, контракты. Был очень трудный период. Не только для Октябрьского – для всей легкой промышленности в России. Все, кто смог, перепрофилироваться, – остались на плаву. Но многие не смогли этого сделать. В итоге сотни предприятий закрыты. Остались несколько живых предприятий в Ивановской области. Но они скорее мертвы, чем живы. На них стоит оборудование, которое было поставлено в 60-70-х годах прошлого века. А создано оно - инженерной мыслью 50-60-х гг. На некоторых вообще стоит довоенное оборудование. Денег на модернизацию почти ни у кого нет. И я думаю, что нам повезло, что мы смогли переориентировать фабрику. Вовремя сообразили бесперспективность потуг. 

А спасти фабрику вообще никакой возможности не было?

Ну, во-первых, давайте вспомним, что на фабрику никто не шел работать. Потому что стоять у ткацкого оборудования 4 смены и работать по ночам за очень небольшие деньги, желающих не было. Молодежь не шла. У нас было общежитие, в которое привозили людей из Иваново, Кемерово, Ногинска, Карабаново – откуда только прядильщицы ни собирались, чтобы штат укомплектовать. Но это не помогало. Женщины, которые составляли основной штат фабрики, не очень-то хотели работать вахтовым методом: у них дома мужья, дети. А сейчас посмотрите: жители Октябрьского сидят в офисах, работают за компьютерами, у них интеллектуальная работа, нет хронических заболеваний, связанных с прядением и ткачеством. Это ведь постоянная летающая хлопковая пыль, запахи крайне своеобразные. Сам труд принципиально изменился.

Если бы сейчас здесь работала фабрика, заработная плата была бы 10-13 тыс. руб.

И при этом проблем сбыта не избежать. Например, Иваново. Почему Иваново до сих пор живет? Там крайне низкие заработные платы и 5 раз самортизированное оборудование. Там уже минусовая стоимость этого оборудования. Я думаю, что мы нашли хороший выход. Сейчас на территории Текстиль-Профи и Октекс на складах, в офисах, магазинах работает больше 2000 человек. Это самое крупное предприятие на территории Октябрьского.

А мы как раз часто слышим от старожилов, что, дескать, раньше работа в поселке была, а сейчас нет. А оказывается, ситуация не такая, какой кажется на первый взгляд. 

Здесь сейчас работает даже больше, чем раньше на фабрике. Точно вспомнить не могу, но, я думаю, человек 300 в смену выходило. Всего 4 смены. Т.е. максимум – 1200 человек. Но не хватало людей на четырехсменку. И помощники мастеров и ткачихи брали в 2-2,5 раза больше станков, чем положено. А это неправильно. Стахановское движение было очень интересным в 30-х годах, но на практике оно себя не оправдало. 

А как Монолит оказался связан с Октябрьской фабрикой? И вообще каков был Ваш путь в бизнес?

Я родился в г.Пенза. После школы поступил в Донецкое военно-политическое училище на факультет связи. Закончил, служил в Подольске, служил на космодроме Байконур. Старт Бурана строил, стенд динамических испытаний строил. Как раз при мне запускали Энергию, Буран. А потом получил направление в Военную академию, закончил педагогический факультет по специальности «философ». Затем произошло массовое сокращение вооруженных сил, и в 1992г. я ушел из армии. Мы создали компанию, шили детскую одежду. Вскоре появился Монолит. Компания базировалась в г.Щербинка. Нам там тесно стало, и мы переехали сюда, стали здесь работать, расширяясь по другим городам и направлениям. Также я закончил Академию народного хозяйства при Правительстве РФ, Гарбурский университет. 

Фабрика была без работы долгое время. Наша компания занималась покупкой хлопка, лавсана, вискозы. Мы искали, куда пристроить ткани. Так познакомились с фабрикой. Мы тогда уже были известной компанией. А на фабрике была крайне тяжелая ситуация. Долги были огромные по тем временам, порядка 70 млн руб.! В основном неуплата за газ, электроэнергию, долги по зарплате. Конца и края не было! Путь к банкротству был неизбежен. После банкротства бывшие владельцы переуступили акции нашей компании, понимая, что на тот момент вытянуть ее больше никто не мог. Т.е. мы купили акции у бывших владельцев уже после банкротства. Развал произошел до нас. 

Вы считаете, склады Октекс и торговые павильоны Текстиль Профи были правильным выходом из сложившейся ситуации?

Я считаю, что нам повезло, что мы нащупали этот момент. Москва тогда росла. Все закрывали производства, заводы. Москва становилась городом торговли, банков, культуры, услуг, правительства и пр., пр. И все ближнее Подмосковье должно было обслуживать Москву. Такой  уж тренд. Кто его поймал – тот поймал, и такая участь была у многих предприятий. Я считаю, что хорошо, что мы сохранили текстиль как таковой. У нас же герб Октябрьского - это ткацкие челноки. А представьте себе тут какое-нибудь химическое производство. И что, мы герб меняли бы? (смеется)

Так что, я думаю, тогда это был правильный шаг.

Если будет возрождение текстиля в нашей стране, и на то будет воля Всевышнего и руководства нашей страны – восстановить фабрику вполне возможно: стены есть, электричество есть, вода есть, газ есть. Это, я бы сказал, не финансовая тема. Возрождение текстиля - это политическая тема. Есть вещи, которые, я думаю, наше правительство делало сознательно. Т.е. сознательно отказывалось от производства текстиля для того, чтобы подружиться с Китаем: мы у них берем текстиль, а взамен продаем какие-то иные ресурсы. Как с Европой: мы им продаем газ и нефть, но взамен берем бытовую технику, машиностроение, приборостроение. Другого логического объяснения я не вижу: зачем надо было убивать курицу, несущую золотые яйца. Текстильную отрасль в России принесли в жертву другому бизнесу, другим приоритетам.

У вас есть фабрики в Курске, Льгове. Почему вы решили организовать текстильное производство там, а не в Октябрьском?

Потому что больше 15 человек на работу в Октябрьском мы не примем – просто не найдем. По этой же причине многие профессии невозможно закрыть в п. Октябрьский. Открыть фабрику здесь невозможно. Так же как невозможно открыть ее под стенами Кремля. Трехгорка, например, пыталась жить под стенами Кремля – как-то у нее это не получилось, как и у многих других. Должны быть экономические предпосылки. Экономических предпосылок на создание швейной фабрики в Октябрьском нет.

Чтобы фабрика хорошо работала, на ней должно быть 300-350 рабочих. У нас нет 350 швей в Октябрьском. У нас в Октябрьском нет 350 школьниц, мечтающих стать швеями. А если кто есть – у нас работают 3 швейных цеха, приходите, обучим.

Монолит, как Вы сказали, крупнейшее предприятие Октябрьского. Как вы участвуете в социальной жизни поселка? 

В этом вопросе мы стараемся быть скромнее. У нас есть подшефная школа №53. К началу учебного года мы для них классы ремонтируем, оснащаем их. Это шефство мы будем продолжать. Мы участвовали в строительстве храма в Октябрьском. Я думаю, что мы были основными спонсорами при строительстве. Делаем другие более мелкие дела. Спортивные мероприятия, например, спонсируем.  Но мы не любим этим кичиться. У нас есть спонсорская программа, которая пишется на год вперед. Когда мы публикуем где-то эту программу, то появляется сразу куча желающих, очередь в приемной «а мы тоже хотим». Извините, спонсорский пакет формируется на год вперед. Мы не благотворительный фонд. Но даже если были благотворительным фондом, не смогли бы обеспечить всех желающих. 

Основное направление вашего бизнеса – текстиль (производство, продажа и т.д.). И вдруг – отель Silky Way и гостиничный комплекс Орловский. Почему вдруг такое направление бизнеса?

Silky Way построили, т.к. надеялись, что здесь (Текстиль-Профи, Октекс – прим.ред.) будут работать много иногородних компаний (что, в общем-то, и случилось). Что будет приезжать руководство, менеджеры, обучающие тренеры, контролирующие ревизоры. Нужно место, чтобы они где-то останавливались, могли где-то покушать. Но по факту оказалось, что услуга невостребованная среди наших арендаторов, кроме как место, где можно пообедать. Оказалось, что в основном приезжают с совсем другими целями. Кто-то приезжает в командировку в Октябрьский, Чулково, Люберцы, Жуковский. Проходят конференции, тренинги, совсем не связанные с нашим направлением. Ну т.е. бизнес живет самостоятельной жизнью.

А Орловский возник, потому что мы верим, что направление интересное. Внутренний туризм будет расти. В этом году прирост туризма внутри страны уже 30%. Я надеюсь, что мы снова угадали тенденцию. Мы строим Орловский в русском стиле: деревянные коттеджи, здания по проекту величайшего русского зодчего Ропета 19 века. Строим новый комплекс для отдыхающих, с бассейном, спа, с конференц-залами. У нас там своя ферма. Мы выращиваем много разной птицы: 50 видов кур, фазаны, белые индийские павлины, страусы эму, цесарки, перепела, лебеди, гуси, утки, голуби. Кенгуру у нас недавно родила. Поросятки, ишаки, козы, медведи, лани, альпаки, лисы, кролики. Там огромное озеро, на котором лодки, кайаки, велосипеды водные, два аквапарка, фонтаны. Очень красивое место. Рядом конноспортивный парк Русь – тоже красивое место. Орловский популярен для свадеб, банкетов. Сейчас там открылся лагерь для детей по формуле «теннис + английский». 

Как вы чувствуете себя в кризис? 

В кризис тяжело всем. И всегда будет тяжело. Мы посчитали, это уже седьмой кризис, который переживает наша компания. Казалось бы, можно адаптироваться. Но тем, кто занимается бизнесом или просто экономикой, хочу сказать: к кризису невозможно подготовиться и нельзя адаптироваться, т.к. каждый кризис сильно отличается от предыдущего. Кризис 98 года чувствовался заранее, ощущение кризиса шло впереди.

Кризис – это всегда падение в пропасть. И какие бы мягкие подушки ни подкладывал – все равно упадешь. Или очень, или чуть-чуть, но будет больно.

Кризис 2008г. – тоже было ощущение, что кризис идет, и мы понимали, что большее количество людей будет экономить. Мы заранее перешли на боле экономные ткани. Шили для торговых эконом-сетей (Дикси, Пятерочка, Копеечка, Магнит) очень дешевое, не всегда хорошего качества постельное белье. Сетям лишь бы дешево, а качество их не волнует. Мы имели такое дешевое сырье, и кризис вытянули. В кризис 2014-2015гг. мы поняли, что такой номер второй раз не пройдет. И мы, наоборот, весь упор сделали на высококачественное, дорогое постельное белье. Сделали ставку на конкуренцию с лучшими брендами России, лучшими брендами мира, такими как Arya, TAC, Togas, стали себя им противопоставлять. Больше стали заниматься дизайном, контролем качества, сделали более высокий уровень ткани. И это нас спасло. У нас резко увеличились продажи дорогого сегмента, и совсем провалился дешевый. Если бы сделали ставку на дешевый сегмент, мы бы в кризис попали жестко. Но мы угадали!

Что это: интуиция? расчет?

Я не знаю, что это. Но торговые сети, видимо, тоже понимали эту ситуацию. А может, не понимали. Мы им стали предлагать самое лучшее, самое дорогое. И спрос пошел на самое лучшее, самое дорогое. Поэтому мы из кризиса выйдем неплохо. 

Я делал изучение ситуации на предприятиях Люберецкого района. Делал опрос, задавал 3 вопроса: 

1) Увеличилась, упала или осталась такой же выручка? 

2) Что произошло у вас с занятостью?

3) Увеличился/ уменьшился объем выпускаемой продукции? 

Надо сказать, что ситуация плачевная. 20% предприятий потеряло выручку от 20 до 60%. Несколько предприятий обанкротилось. В т.ч., вы знаете, проблему у Форемы - серьезная проблема. 50% предприятий потеряли в выручке 10-15%. И только 3 предприятия нарастили 2-3% выручки. Несмотря на то, что курс изменился, и в рублях должна была бы выручка вырасти. 

Практически не нашел ни одного предприятия, которое не сократило бы людей или не работало бы по сокращенному графику (неполный рабочий день/ неделя). Особенно сильно пострадали те, кто работал на сделке. Кто сидел на окладах, еще отсиживаются. 

Но очень сильно осели объемы производства. В т.ч. в нашей компании просел объем в штуках. Но нам удалось ситуацию выровнять за счет дорогого сегмента. За счет разницы в цене нарастили выручку. 

Конечно, нас очень сильно подставили рост процентов банков, рост налогов на недвижимость, землю. Какие-то безумные неадекватные требования по рекламе: за все вывески, даже на своей территории, на своем здании, нужно платить. Т.е. начинаются уже абсурдные решения. Стране нужны деньги.

Вы 4 года возглавляли Союз промышленников и предпринимателей Люберецкого района. Может, дадите какие-нибудь советы начинающим предпринимателям? 

Нет такого бизнеса, который был бы потенциально убыточен. Все зависит от того, как ты подходишь к делу: какая у тебя команда, какой настрой, какие цели ты ставишь. 

Когда я разговариваю со школьниками и студентами говорю им: главное в бизнесе удовлетворять потребности покупателей. Они не верят и смеются, думают, что я лукавлю. Они считают, что в бизнесе главное удовлетворять свои потребности. Это неправда. Надо узнавать, что людям нужно, чего им не хватает. Даже если услуга присутствует на рынке, люди могут быть ей недовольны. И ты всегда можешь въехать в эту тему. 

Есть простые виды бизнеса. Я когда-то начинал со швейного дела, и он крайне прост в организации. Швейная машинка стоит 500 долларов. Тканей на Текстиль-Профи - сколько хочешь. Бери швейную машинку и принимай заказы на пошив простой одежды, покупай лекала, покупай журнал «Бурда Моден». Хочешь - шей индивидуально, хочешь - на потоке. Я пробовал и так, и так. Мне на потоке нравится больше. Потому что на потоке ты оттачиваешь изделие. У тебя нет конструктивных или технологических ошибок. Индивидуальный подход – это сложно, дорого, долго. Например, если мы шьем шторы на потоке, то это 1000 – 3000 руб. за штору в зависимости от ткани. Но стоит заказать индивидуально, то это уже 10, 15, 50 тыс. руб.

Открыть швейный бизнес очень легко. Главное - найти свою нишу. Я советую так: начинайте шить с простых вещей. Например, шить мужские трусы: потребность большая, лекала простые, ткань простая. В день будете их шить тысячами. По рублю на каждых трусах заработаете - у вас уже будут деньги.

У меня одна знакомая шила 500 пар рукавиц в день. А если у вас 10 человек шьет, а потом 100 человек - это уже серьезный бизнес. Будете весь Газпром в эти рукавицы одевать! Ну или хотя бы начнете с местного ЖЭКа.

Step by step, начинайте с малого. У нас на территории есть производственные цеха, мы их сдаем в аренду. Электричество, вода есть. Здесь и склад, и офис продаж, и магазин. Главное не распылять усилия. Приходила одна женщина открывать швейный цех. Я говорю: «Что вы будете шить?» Она: «Все!» Я, говорит, хороший конструктор, хороший технолог, я сама работала швеей, я буду шить все. Я говорю: "Пожалуйста, не делайте этого! Я проходил уже это два раза в жизни, и знаю, что все шить нельзя. У вас должна быть специализация: встала на блузки – шей блузки, встала на брюки – шей брюки." Но она посчитала себя великим дизайнером, нашила ужасной одежды. Ведь лекала оттачиваются месяцами! А швейное оборудование было куплено в кредит в Сбербанке. Мало того, что у нее забрали оборудование, так еще осталась должна. Это не бизнес, так не делают. 

Если ты приходишь с отточенным в производстве продуктом на знакомый тебе рынок - твои проблемы, условно говоря, равняются единице. Если ты приходишь с новым продуктом на знакомый тебе рынок, то твои проблемы увеличиваются в 4 раза. Если ты приходишь со старым продуктом на новый рынок – тоже в 4 раза. Но если ты попытаешься с новым продуктом прийти на новый рынок – твои проблемы увеличиваются в 16 раз. Практически это нерешаемая задача. Всегда нужно ступенька за ступенькой карабкаться вверх. Конечно, если тебе не оставили наследство (смеется).

Сергей Николаевич Лукьянов является уполномоченным Общественной приемной по защите прав предпринимателей в Люберецком районе. При возникновении проблем во взаимодействии с федеральными органами Люберецкого района (полиция, налоговая, Ростехнадзор, Роспотребнадзор, трудовая инспекция и пр.), с органами местного самоуправления (Администрация города, поселения), иными организациями, наделенными государственными полномочиями (Пенсионный фонд, фонд социального страхования и пр.), предприниматели могут обратиться в общественную приемную на личном приеме или направив обращение по электронной почте (Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.). К работе в общественной приемной привлечены юристы для оказания консультационных услуг.  Юридическая консультация предоставляется бесплатно.

 


Люберецкая общественная приемная ведет прием по следующему графику и адресам:

  • Вторник: с 10 до 17 часов по адресу: п.Октябрьский, ул.Ленина, д.47, в здании Торгового Комплекса «Текстиль Профи»
  • Четверг: с 10 до 17 часов по адресу: г.Люберцы, ул.Кирова, д.28, в помещении Союза промышленников и предпринимателей по Люберецкому району

 

 

Просмотры: 2119 Автор статьи: MyOktyab

Комментировать могут только Авторизованные пользователи Регистрация

Последний опрос

Пойдете на выборы 18 сентября?